Минус 20% веса, но есть риск заработать рак. Рассказываем, что за препарат для похудения советник Трампа посоветовал ЛукашенкоСреди частых побочных явлений — тошнота, диарея, рвота и боли в животе. Также есть риск развития опухолей щитовидной железы.
«Он не может отойти, это что-то личное». Почему Лукашенко так активно следит за событиями в демсилах — мнение Артема Шрайбмана«Думаю, вряд ли Лукашенко заинтересован как-то помогать этим людям. Просто не может сдержаться».
«События 2026-го могут стать разочарованием для многих людей». Итоги 2025-го и прогноз на наступающий год от Артема Шрайбмана«Разумеется, внутри страны репрессивная политика не меняется. Но многие процессы, которые выглядели как наша новая нормальность, стали разворачиваться».
«У них другое видение, мы это уже понимаем». Каким будет политическое будущее команды Бабарико — рассуждает Артем Шрайбман«Единственное естественное амплуа, доступное всем эмиграционным политикам, — это адвокация, международная дипломатия, поездки, встречи с западными политиками и другими партнерами, которые могут как-то повлиять на Беларусь», — говорит эксперт.
«У нас же не 90-е!» Педагог из Любанского района обвинила директора школы в хищениях, а чиновников и силовиков — в покрывательстве«Мать директора школы с 2010 по 2024 год была работником школы, подменным сторожем месяц в году. 14 лет! И за 14 лет ее ни разу там никто не видел».
«Или я сплю, или все». Политзаключенный из-за проблем со здоровьем сам просился в ШИЗО, чтобы его перестали бить сокамерники — рассказываем«Храп у меня сильный, и из-за этого я не давал людям спать. Меня били, не разрешали спать».
«Самоуспокоение за счет отчетов». У «Зеркала» оказался отчет КГК о коррупции и провалах в Год благоустройства — рассказываемТак, столичные «Зеленстрои» закупали саженцы деревьев и кустарников не напрямую у государственного производителя, а у частных структур. Это делалось без конкурсов, а затраты затем покрывались из бюджета.
«Не ждите комментариев. И не потому, что мы боимся». Рассказываем, как в Варшаве встречали освобожденных беларусских политзаключенных«Я верила, что придет этот момент! Я не сомневалась! Всегда знала, что мы будем вместе», — говорила Мария Колесникова сестре.
Вывезенные в Украину экс-политзаключенные уже на границе Евросоюза. Рассказываем, где и как их встречать«Для всех журналистов и встречающих беларусов доступа в сами регистрационные центры не будет. Но они смогут находиться возле входов на улице».
«Психологически очень тяжело». Экс-политзаключенный рассказал «Зеркалу», как в колониях узнавали о массовых освобождениях«Хоть и говорят, что зона слухами не живет, но на самом деле именно ими она и полнится».
Офис Тихановской рассказал, куда из Украины отправят бывших политзаключенных. В команде Бабарико говорят, что они уже в пути«Как только наши беларусские герои окажутся на территории Евросоюза, мы сообщим все подробности».
«Трансфер состоится в ближайшие дни». Советник Тихановской рассказал «Зеркалу» о перспективах выезда экс-политзаключенных из Украины«Мы координируем действия между украинской, американской, польской и литовской сторонами».
Что будет с демсилами после освобождения Бабарико и Колесниковой? Спросили эксперта«Расплывчатость формулировок на первой пресс-конференции понять и простить. Но если подобная риторика сохранится через несколько недель или месяцев, то я не думаю, что Бабарико и его соратников ждет большой успех».
Помните встречу Протасевича и Бабарико в колонии? Узнали подробности у экс-банкира«Через полгода после встречи с Романом я получил два килограмма кофе».
Как живут экс-политзаключенные в Украине и когда смогут уехать в другие страны? Узнали у главы миссии демсил в Киеве«Отсутствие документов сейчас не создает никаких проблем в плане размещения и оказания помощи».
«Забрали на депортацию из больнички». Виктор Бабарико рассказал «Зеркалу» о своем здоровье«Интеллектуальное и психологическое здоровье — это была основная проблема, которую нужно было сохранить».
Рассказываем главное с первой пресс-конференции Виктора Бабарико, Марии Колесниковой, Александра Федуты и Владимира Лабковича«О том, что мы находимся в Украине, я узнавал только по вынужденным стоянкам и с точки зрения ориентации по солнцу», — рассказал Виктор Бабарико.
«Выдали справку об освобождении». У Бабарико, Колесниковой, Федуты и Лабковича на руках нет паспортов«Аркушык паперы А4, на якім наш фотаздымак і інфармацыя пра тое, што мы вызваляемся».